Yandex
Ведьмы в Средние века

Интеллектуальная и юридическая оценка ведовства

пытки инквизиции

В этих условиях богословы и ученые рассуждали главным образом о том, можно ли трактовать колдовство как ересь, по-прежнему отличая колдовство от ведовства. Замечательный ученый Николай Оресмс в духе аристотелевского учения писал о естественной и демонической магии, настаивая на том, что в необычных происшествиях должно искать естественные, природные основания, а не действие сверхъестественных сил. Мир населен демонами, утверждал он, и люди, следующие за демонами, являются колдунами и ведьмами; но в действительности демонизм —достаточно редкое явление, и поэтому не следует слепо доверять признаниям ведьм, ибо эти признания нередко добываются под пыткой или угрозой пытки. Подобного рода теории выдвигались не только учеными, но и проповедниками. Кроме того, ведовство далеко не всегда отождествлялось с ересью. Некоторые придерживались точки зрения, характерной для раннего средневековья, когда ведовство трактовалось просто как грех. Такое мнение разделял, например, проповедник Роберт Брунн. «Если вы <…> когда-либо приносили жертвы дьяволу посредством ведовства,— говорил он,— вы согрешили».

Однако главным оставался вопрос, как бороться с ведовством, к какой категории преступлений его отнести и кто должен заниматься его преследованием. Александр IV вывел колдовство и ведовство из круга ведения инквизиции, оставив за ней только те случаи, которые «явно пахнут ересью». В XIV в. светские и епископальные суды повели ревностную борьбу с колдовством и превзошли по числу колдовских дел инквизицию; их усердие по искоренению нечисти подогревалось желанием улучшить свое материальное положение через конфискацию имущества осужденных. Французский король Филипп IV в 1303 г. запретил инквизиции вершить суд над колдунами, ростовщиками и евреями, дабы самому извлечь выгоду из этих дел; Филипп и его преемники с успехом использовали колдовские и ведовские процессы не только в экономических, но и в политических целях.

В этом правители Франции следовали примеру папы Иоанна XXII, который с бесподобным цинизмом — или фанатизмом — пользовался услугами инквизиции, преследуя свои политические интересы. О вдохновленных им ведовских процессах мы подробно поговорим ниже; пока же отметим, что эти процессы следует рассматривать в более широком контексте, ибо они являлись выражением большой изобретательности Иоанна. Ему вечно мерещился заговор, и он без устали твердил, что враги пытаются умертвить его с помощью заклинаний и специально изготовленных восковых изображений. Распространение этого безумия было приостановлено только спустя несколько лет после смерти Иоанна, когда его преемник Бенедикт XII в 1337 г. оправдал епископа Безьера, обвинявшегося в покушении на жизнь дражайшего папы.

Филипп IV, проведя знаменитый судебный процесс над тамплиерами, заложил традицию, которую усердно поддерживали его преемники. Недолгое царствование его сына Людовика X (1314—1316 гг.) было ознаменовано чудовищными расправами: Ангерран де Мариньи, Пьер де Латилли, Жанна де Латилли и Франческо Гаэтани — все они были обвинены в том, что посредством различных магических ухищрений пытались извести короля, его брата Карла и все королевское окружение. Ядовитое облако измышлений, прозвучавших на суде Людовика X, распространилось по стране, и враждующие аристократы принялись обвинять друг друга в зловредных магических деяниях. Эту традицию продолжил брат Людовика Карл IV (1322—1328 гг.); взойдя на трон, он обвинил графиню Матильду Артуа в том, что она отравила его предшественника, а затем в 1326 г. провел в Тулузе серию процессов над священниками, которые, согласно его утверждениям, магическими средствами покушались на его жизнь. Когда трон перешел к Валуа, этот страх приобрел характер настоящего безумия. Первый король из династии Валуа, Филипп VI, потратил немало сил, пытаясь оградить себя от магических интриг врагов; ужас перед колдовством довел его преемников Карла V, Карла VI, Карла VII и Людовика XI до грани полного помешательства. Другие страны не отставали от Франции; в 1324 г. английский король Эдуард II воспользовался методами своих французских кузенов, и более двадцати человек предстали перед судом по обвинению в попытке умерщвления короля и его фаворитов магическими средствами.

Пока папы, короли и аристократы чинили судебные расправы над своими врагами, инквизиция пыталась — и не без успеха — расширить свою юрисдикцию путем отождествления колдовства с ересью. 22 августа 1320 г. по распоряжению Иоанна XXII кардинал Сен-Сабины пишет инквизиторам Тулузы и Каркассона, приказывая им преследовать колдунов как еретиков. Кардинал описал проделки этих новых еретиков в терминах древнего понятия малефициума, но наряду со старыми обвинениями в произнесении заклинаний и изготовлении восковых изображений прозвучало утверждение, что сии еретики почитают демонов, приносят жертвы демонам и вступают в союз с демонами, подписывая соответствующий договор или иным образом закрепляя сделку. 4 ноября 1330 г. папа Иоанн распространил послание, приказывая архиепископам Нарбонна и Тулузы, их викариям и инквизиторам Тулузы и Каркассона незамедлительно завершить расследование всех принятых к рассмотрению ведовских преступлений и запрещая заводить новые дела. Этим распоряжением папа не изымал ведовство из сферы ведения инквизиции, как предполагает Ли, а пытался заставить инквизиторов и епископов объединить усилия в борьбе с ведовством.

Понтифики Бенедикт XII (1334—1342 гг.) и Григорий XI (1370—1378 гг.), следуя примеру предшественника, побуждали инквизицию и епископат на совместный поход против ведьм и еретиков. В потоке идей, разделявших ведовство и ересь, самым узким местом была идея пакта,— именно здесь ретивые охотники на ведьм могли переправиться вброд с одного берега на другой. Необычный канон «На его подражания», изданный Иоанном в 1326 или 1327 году, уполномачивал инквизицию преследовать колдунов на том основании, что они, «вступив в союз с силами ада», поклоняются и приносят жертвы демонам.

Выдающийся юрист того времени Ольдрадо да Понте, защищая одного человека, обвиненного папой Иоанном в ереси, заявлял, что обвинение в столь серьезном преступлении как ересь требует неопровержимых доказательств и четкого понимания того, что есть ересь. Простое колдовство, включая любовную ворожбу и вызывание выкидыша, не является ересью. Факт обращения к демонам может трактоваться двояко. Если человек вызывает демонов, чтобы воспользоваться их помощью, это не ересь; ересью является поклонение демонам и принесение им жертвоприношений. Однако другие блюстители закона, желая угодить папе, были более однозначны в своих оценках. Около 1330 г. инквизитор Занчино Уголини написал трактат Super materia haereticorum (О деле еретиков), в котором колдовство практически отождествлялось с ересью. Всякий, кто отлучен от церкви, пишет Занчино, есть еретик, отрезанный от мистического тела Христа. Всякий, кто исповедует учение, отличное от вероучения Папы, включая раскольников, евреев и язычников, есть еретик. Папа Иоанн XXII отлучил от церкви колдунов, следовательно, колдуны являются еретиками. В другом трактате, написанном анонимным сторонником папы приблизительно в 1330 г., говорилось, что если ересь характеризуется ошибкой в мышлении, то колдовство представляет исключение из данного правила. Главное, что позволяет считать колдовство ересью, это факт договора с демонами: если наличествует договор, официальный или молчаливый, заключивший его может считаться еретиком. Канонист Иоганн Андреа писал: «Тех должно называть еретиками, которые оставили Бога и ищут помощи дьявола».

Методы, с помощью которых епископские и светские суды боролись с ведовством, почти не отличались от методов инквизиционного судопроизводства, и папы старались устранить даже минимальные различия. Стандартная процедура позволяла инквизиции расследовать больше дел, и именно инквизиторы сыграли главную роль в подведении ведовства под категорию ереси. В перечне преступлений, приведенном в Practica (руководство для инквизиторов, написанное приблизительно в 1320 г. Бернаром Ги), наряду с банальными колдовскими деяниями, например, использованием восковых изображений и трав, названы и такие преступления, как богохульное использование святынь в магических целях, обращение к демонам, поклонение демонам и принесение им жертвоприношений. Любые формы почитания дьявола или демонов, пишет Ги, следует рассматривать как идолопоклонство и ересь.

Об авторе

Натаров Илья

Натаров Илья

Родился 09 апреля 1980 года в городе Баку, в этом же году переехал в Запорожье.
В 2003 году закончил Запорожский Государственный Университет и получил диплом преподавателя немецкого языка и немецкой литературы.

Комментировать

Нажмите, чтобы комментировать