Yandex
Deutsche Philologie

Немецкая фразеология и принципы её научной систематизации

deutsch

Основные вопросы немецкой фразеологии, такие как определение понятия фразеологической единицы, отграничение её от нефразеологических образований, определение понятия объёма фразеологии и другие вопросы должны решаться на основе разработки проблематики общей фразеологии, предпосылки которой были созданы в результате интенсивных фразеологических исследований двух последних десятилетий в нашей стране. Несмотря на известную дискуссионность термина «фразеология» в советском языкознании всё же фразеология, тем не менее, изучает «не однословные образования», первичные сцепления слов, имеющие семантическое, структурное и функциональное своеобразие, отличающие их от лексем и от абстрактно моделированных синтаксических конструкций. Достижением фразеологических изысканий приведших к формированию фразеологии как лингвистической дисциплины было определение объекта исследования – изучение устойчивых словесных комплексов, прежде всего в плане их категориально языковых свойств, отражающие как внутренние системные связи единиц фразеологического состава, так и их внешние связи с другими единицами языка. Изучение фразеологических единиц как двухсторонних языковых образований предполагает решение ряда проблем, среди которых в первую очередь нужно назвать уяснение лингвистического статуса устойчивых словесных комплексов, определение их дифференциальных свойств как лингвистических знаков в сопоставление их как с лексемами, так и с переменными синтаксическими словосочетаниями. К положительным результатам фразеологических исследований современного периода относится выявление всех разновидностей устойчивых словесных комплексов, обладающих семантической отдельностью, что в значительной мере стало возможным с появлением работ Н.Н. Амосовой. Общим для большинства исследований данного периода, проводившихся при помощи различных методов и методик, были поиски объективных показателей и критериев для устойчивых словесных комплексов, обладающих отдельностью значений. Учитывая сложность объекта и тот факт, что фразеологическая единица является «полем пересечения семантических, стилистических и грамматических линий», для исследований немецкой фразеологии был использован комплексный метод, при котором принимаются во внимание все основные детерминаторы, формирующие устойчивые соединения слов: синтаксическая структура, способ сцепления компонентов, значения, возникающие в процессе взаимодействия структуры, наличие или отсутствие семантических сдвигов в компонентном составе устойчивых сцеплений слов. В развёрнутом виде комплекс критериев применяемых для идентификации фразеологических единиц и отграничение их от всех прочих устойчивых образований выглядит следующим образом.

  1. Грамматическая (синтаксическая) структура:

  1. словосочетания

  2. предикативные сочетания и предложения.

  1. Способ образования:

    1. единичное сцепление компонентов

    2. серийное образование

    3. образование по модели.

  1. Значение как результат взаимодействия структуры и наличия или отсутствия семантических сдвигов в компонентном составе устойчивых сочетаний:

    1. значение, возникающее в результате семантического преобразования компонентов

    2. значение, возникающее на основе собственных лексических компонентов

    3. значение, возникающее в результате типовой структуры.

Применение этого комплекса критериев к устойчивым словосочетаниям современного немецкого языка дало возможность установить четыре типа единиц:

I тип устойчивых словесных комплексов характеризуется единичным сцеплением компонентов и переносным значением. Это, как правило результат метафорического сдвига переменных словосочетаний, семантика этих единиц в момент становления является образцово-мотивированной. Например: etw fällt ins Wasser – что либо расстраивается, идет на смарку», keinen Finger rühren- палец о палец не ударить», «bei j-m in der Kreide stehen» «задолжать кому либо». Далее это может быть результат единичного сцепления одного семантического преобразованного компонента. Например, blinder Passagier – безбилетный пассажир, где «blind» лишь в сочетании с этой лексемой образует значение «безбилетный».

II тип устойчивых словесных комплексов характеризуется серийной сочетаемостью семантически преобразованного компонента с узуально ограниченным кругом лексем. Так, например, с переносным значением прилагательного «blind» ложный «декоративный» образуется серия: blinde Tür, Tasche, blindes Fenster, Knopfloch.

III тип устойчивых словесных комплексов характеризуется моделированным сцеплением компонентов и моделированной семантикой. Это типовые структуры (модели) языка, реализуемые на уровне речи, с чем связанно ситуативное лексическое наполнение данных структур. Например модель S+hin+S+her с общим значением уступительности. Её ситуативные реализации представляют собой открытый ряд:

Vater hin Vater her- отец отцом,но

Freund hin Freund her-друг с другом но

Krise hin Krise her кризис кризисом.

IV. тип устойчивых словесных комплексов характеризуется единичным сцеплением компонентов (в том числе, что здесь невозможен ни один тип изменений в составе и порядке следования компонентов)и отдельностью семантически образующихся на основе прямых (собственных) значений компонентов. Это составные термины, географическиеимена типа der Nahe Osten, Die Deutsche Demokratische Republick, Die Freie Deutsche Jugend.

Типы устойчивых словесных комплексов, выделенные на основе описанных критериев получили следующие терминологические обозначения:

I Фразеологические единицы

II Фразеологизированные единицы

III Моделированные образования.

IV Лексические единства.

Первый и частично второй тип устойчивых словесных комплексов традиционно называются фразеологическими. Не вдаваясь в подробности относительно фразеологической принадлежности второго типа устойчивых словосочетаний необходимо подчеркнуть следующее: как бы ни различались методы выявления различных узуальных сцеплений слов и их терминологические обозначения центральное среди этих образований занимают немоделированные сочетания Iтипа с единичным сцеплением компонентов и единичной (не выводимой из регулярной сочетаемости лексем внутри структурно-семантического комплекса) семантикой. Именно эти единицы, именуемые в большинстве работ, как фразеологизмы или идиомы являются ядром устойчивых сцеплений слов, где кончается регулярная сочетаемость лексем в пределах лексико-семантической системы данного конкретного языка. Фразеологические единицы таким образом представляют собой раздельнооформленные устойчивые соединения слов различных структурных типов с единичной сочетаемостью компонентов, значение которых возникает в результате семантического преобразования компонентного состава.

По грамматической структуре фразеологические единицы могут быть словосочетаниями, предикативными сочетаниями и предложениями. По характеру значения, возникающего в результате взаимодействия структуры, сочетаемости и семантического преобразования компонентного состава различаются:

    1. фразеологические единства

    2. фразеологические сочетания

    3. фразеологические выражения.

1. Фразеологические единства

Фразеологические единства возникают на основе семантического переосмысления или сдвига переменных словосочетаний. Новое фразеологическое значение создаётся не в результате изменения значения отдельных слов, а как результат изменения значений всего комплекса «как бы наложением на него свежего семантического или экспрессивного пласта». Во фразеологическом единстве поглощается и теряется индивидуальный смысл слов-комплексов. Этому разряду фразеологии присуще семантическое единство или семантическая целостность. При всём этом значение целого связанно с пониманием «образного стержня фразы», ощутимостью переноса значения, что и составляет «внутреннею форму образную мотивированность фразеологического единства. Например, j-mden Kopf waschen намылить кому либо голову (шею) j-n aufs Eis führen устроить подвох кому либо. С «диалектикой» фразообразования связанны вторичные семантические процессы, которые могут претерпевать слова-компоненты фразеологических единиц, в том числе и фразеологических единств. Параллельно с образованием фразеологических единиц, входящих в их состав слов могут возникать новые значения, сперва «потенциальные», как бы «поглощённые» суммарным значением сложного номинативного целого, но способные актуализироваться, выделяться приобрести способность отдельного воспроизведения. Образная мотивированность фразеологического единства может с течением времени побледнеть и ослабеть дот полной демотивации. Это как правило имеет место быть в случаях, когда фразеологическая единица образуется на переосмыслении таких переменных словосочетаний, которые являлись первоначально обозначениями конкретных обычаев немецкого народа и с течением времени вышли из употребления, например: «etwas (viel) auf dem Kerbholz haben» иметь не мало грехов на совести (буквально «иметь много отметок на бирке- восходит к принятому в старину способу отмечать долги).

Однако демотивация фразеологического единства не влияет ни на его экспрессивность, ни на его функционально-стилистическую принадлежность. Значение подобных единиц, образующихся на основе переосмысления переменного словосочетания обладает абсолютной экспрессивностью, т.е оно экспрессивно вне зависимости от контекста. Оно существует в связи с данным материальным составом фразеологизма так же и в том случае, когда постепенно ослабевает и затемняется тот образный стержень, который служит основой мотивированности фразеологической единицы. Следовательно, звуковой состав демотивированных фразеологических единств (идиом) воспринимается носителем речи как определённый словесный комплекс, который имеет традиционно закреплённое значение, экспрессивность функционально-стилистическую принадлежность.

2. Фразеологические сочетания

Фразеологические сочетания возникают в результате единичного сцепления одного семантически преобразованного компонента. Для семантики подобных фразеологических единиц характерна аналитичность сохранение семантической отдельности компонентов: blinder Passagier безбилетный пассажир, ein beutiger Anfänger- совершеннейший новичок

Число фразеологических сочетаний очень невелико, так как единичная сочетаемость одного из компонентов с переносным значением не является типичной в системе немецкой фразеологии. Как правило переносное значение слова образует серийную сочетаемость со словами той или иной семантической группы. Ср. сочетаемость прилагательного blind (=maßlos): Hass, Zorn, Wut, Gier, Leidenschaft или сочетаемость blind с другим переносным значением (=angelaufen, trübe undurchsichtig): Fenster scheiben, Spiegel Politur.

3. Фразеологические выражения

Фразеологическими выражениями называются единицы, которые по своей грамматической структуре являются предикативными сочетаниями слов и предложениями. По коммуникативной значимости здесь различаются:

  1. общеупотребительные пословицы: viele Köche verderben den Brei- У семи нянек дитя без глазу.

  2. Поговорки типа: Da liegt der Hund begraben- Вот где собака зарыта.

  3. Устойчивые и воспроизводимые междометия и модальные выражения: Das habe ich gern-Нет как вам это нравиться? Jetzt ist der Ofen aus дальше некуда!

Некоторые из таких устойчивых междометий и модальных выражений имеют эллиптическую форму : Ja Kuchen!- Ну это дудки! Состав 1-й 2-й группы фразеологических выражений может быть дополнен единицами, восходящими по своему происхождению к античной литературе, мифологии Библии, художественной литературе, например: DerWürfel ist gefallen! [буквальный перевод «Жребий брошен, Рубикон перейден!] (слова приписываемые Юлию Цезарю). Эти фразеологические выражения традиционно обозначаются как „крылатые слова» и выделяются во всех классификациях в особую группу. Однако для синхронного описания фразеологической системы и функционирования фразеологических выражений в этой системе рассмотрение данных фразеологизмов как особой группы неправомерно, поскольку в структурном и семантическом отношении они не отличаются от других фразеологических выражений. Все приведённые выше разряды фразеологических выражений показывают два основных свойства фразеологичности они имеют единичную сочетаемость компонентного состава и специфическую разновидность семантического преобразования. Так для пословиц характерен дидактический смысл, который выражается через переосмысление соответствующего образца: viele Köche verderben den Brei, Neue Bessern kehren gut. Подробный анализ языковых критериев принадлежности фразеологических к фразеологическому фонду должен составить предмет специального исследования, тем более, что отнесение этих единиц к фразеологизмам продолжает оставаться дискуссионным. В настоящее время уже появляются работы, в которых делается попытка восполнить этот пробел в исследовании немецкой фразеологии.

Семантика фразеологических единиц

Специфика фразеологического значения в настоящее время стоит в центре фразеологической проблематики. Является ли это значение лишь разновидностью лексического или оно представляет собой особый вид, для которого нужно особое терминологическое обозначение, предстоит решить фразеологии в будущем. Для фразеологии существенным являются некоторые предварительные соображения, высказанные фразеологами уже в настоящее время.

Так представляется верным положение, сформулированное на основе анализа немецкой фразеологии, что единицы фразеологии и лексики как двухсторонние лингвистические знаки противопоставленные

А) по внешней (материальной стороне) раздельнооформленность-цельнооформленность и

Б) по внутренней (семантической) стороне фразеологическое значение-лексическое значение.

Если в специальной литературе уже сделаны интересные и ценные наблюдения над сопоставлением значения слова и фразеологизма, где лексическое значение предполагает рассмотрение семантической структуры последнего со всеми входящими в неё лексико-семантическими вариантами, то в плане уяснения специфики фразеологического значения должна быть рассмотрена специально лексическая семантика вторичного образования, то есть переносное значение слова в сопоставление со значением фразеологической единицы. Если представить значение знаков вторичного образования в виде набора семантических компонентов , то как в слове, так и в фразеологизме в качестве обязательных будут присутствовать денотативный, сигнификативный и коннотативный компоненты. Наличие коннотации – необходимая составная часть значения любого языкового знака вторичного образования. Однако как способ образования, так и материальное воплощение коннотации в слове и фразеологизме неодинаковы. Если в слове семантический сдвиг создается вследствие смены денотата, то во фразеологизме это полная метафоризация переменного словосочетания или частичная в зависимости от типа фразеологизма. То обстоятельство, что во фразеологизме семантический сдвиг затрагивает словосочетание (фразеологические единства) или предикативные сочетания (фразеологические выражения) создаёт образную мотивированность значение, фразеологический образ, который образует семантику широкого плана, обладающую способностью ситуативной конкретизации в тексте. Коннотативный компонент значения фразеологизма в отличии от аналогичного компонента лексической единицы вторичного образования обладает потенциальной способностью к увеличению экспрессивного потенциала через модификацию компонентного состава. Именно с этим связанна специфика выражения коннотации через раздельнооформленные образования. Специфика фразеологического значения лежит в основе понимания всех других семантических категорий фразеологии: фразеологической полисемии, омонимии, синонимии, антонимии.

Фразеологическая полисемия и омонимия

Квантативная характеристика полисемии фразеологических единиц, проведённая в настоящее время на материале нескольких языков показывает, что полисемия во фразеологии явление малопродуктивное. В основном она присуща лишь одному разряду фразеологизмов- фразеологическим единствам, особенно со структурой глагольных словосочетаний. Это коренное отличие фразеологической полисемии от полисемии в языке связанно с тем, что фразеологизмы как знаки вторичного образования уже являются результатом метафорического сдвига. Таким образом, их дальнейшая семантическая производность возможна лишь в тех случаях, где первично-образное значение фразеологизма допускает дальнейший семантический сдвиг по линии от конкретного к абстрактному, при котором может возникнуть вторично-образное значение. Например, j-m auf eine Beine helfen образует через первичный метафорический сдвиг первично-образное значение «поставить на ноги», «вылечить» и при вторичном сдвиге-вторично-образное значение «помочь встать на ноги», помочь (в финансовом отношении). Динамический аспект фразеологической полисемии представляет так же большой интерес в плане уяснения особенностей фразеологизмов как языковых знаков вторичного образования. Анализ путей развития многозначности показал, что во фразеологии кроме вторичной метафоризации, то есть семантической производности в лексике имеется другой путь, известный только фразеологии. Это образование нового семантико-фразеологического варианта через параллельную метафоризацию одного и того же предметно-конкретного словосочетания.

Например, фразеологизм vor Anker gehen имеет три значения:

  1. «бросить якорь

  2. «зайти посидеть(в ресторан)

  3. «бросить якорь в тихой гавани (жениться).

Все три значения как можно думать возникли через метафоризацию одного и того же предметно-конкретного словосочетания «vor Anker gehen»- «встать на якорь», «бросить якорь». Вряд ли можно здесь предположить семантическую производность семантико-фразеологического варианта 2 из 1 и 3 из 2 или наоброт. Через параллельную метафоризацию образуется так же значительное число фразеологических омонимов. Это имеет место в тех случаях, когда у фразеологизмов возникающих таким образом отсутствуют семантические ассоциативные связи. Так, например фразеологизм j-m schwillt der Kamm означает

  1. кто либо мгновенно закипает (от злости)

  2. кто либо возомнил о себе, надулся спесью, надулся как индюк.

Данный способ развития полисемии и омонимии в фразеологии является ведущим особенно в образовании фразеологических омонимов.

Фразеологическая синонимия

Наиболее специфическую особенность фразеологической синонимии немецкого языка составляет значительная группа равнозначных или равноценных синонимов, явление совершенно чуждое лексической синонимии. Полная равнозначность фразологических синонимов семантическая, стилистическая, функциональная – присуща как разноструктурным так и одноструктурным единицам. Ср фразеологизмы разговорно-обиходной речи для выражения общего значения «странный», «чудатковатый человек», «не все дома»

А) разноструктурные

der hat einen Vogel, bei dem piept es wohl, bei dem ist eine schraube locker.

Б) одноструктурные:

nicht alle Töne auf der Zitter haben

nicht alle Töne auf der Flöte haben

nicht alle auf den Kasten haben

nicht alle auf dem Christenbaum haben

nicht alle in der Reihe haben

nicht alle nebeneinander haben

nicht alle Tassen im Schrank haben

nicht alle im Koffer haben

nicht alle Daten im Speicher haben

Равнозначные фразеологические синонимы не только очень многочисленны и устойчивые, но и обладают кроме того потенциальным свойством непрерывного расширения, что подтверждается специальными исследованиями. Причиной такого совершенно особого свойства равнозначных фразеологических синонимов является образно-мотивированная семантика, где каждый фразеологизм имеет свой особый фразеологический образ. Структурное своеобразие фразеологизма является той основой, которая позволяет потенциальное синонимическое варьирование фразеологизмов, повышающее их коннотативный эффект. С этим связанно широко известное свойство фразеологических единиц в языке и речи «обновлять» через модификации компонентов образную мотивированность значения. Какие модификации компонентного состава получат в дальнейшем терминологического обозначения фразеологических синонимов, а какие фразеологических вариантов, предстоит решать теории фразеологии. Для практики фразеологии остается видимо актуальной точка зрения Н.Н. Амосовой, которая считала структурными вариантами идиомы известные формальные вариации второстепенного порядка, не отражающиеся ни на мотивировке, ни на характере ёё реализации. Это вариации словоформ компонентов словообразовательной перестройки одного из компонентов, подмены служебного элемента, перестановки компонентов.

Фразеологическая антонимия

Фразеологическая антонимия ещё мало изучена на материале немецкого языка. Однако и здесь различия выражения семантической полярности через слова и фразеологизмы весьма ощутимы. Эти различия сказываются во первых в квантативных показателях. Фразеологическая антонимия менее развита, нежели антонимия лексических единиц На это указывается в работе по английской фразеологии и такая картина наблюдается при исследовании фразеологических антонимов немецкого языка.

Квантативная характеристика по лексико-семантическим разрядам лексической антонимии и фразеологической так же не одинакова. Наибольшее количество фразеологизмов-антонимов наблюдается среди глагольных фразеологических единиц, тогда как в словах-антонимах количественный перевес падает на прилагательные. И наконец, свойство фразеологических антонимов определяющиеся всецело спецификой фразеологического значения состоит в их немоделируемости. Таким образом все производные семантические категории фразеологии (полисемия, омонимия, синонимия, антонимия) противопоставлены семантическим категориям лексики квантативно и квалитативно.

Заключение

Семантическая единичность, структура семантики и связанная с ней функциональная специфика устойчивых словесных комплексов первой группы бесспорны. Не подлежит сомнению и их центральное ведущее место среди прочих устойчивых словосочетаний языка. По отношению к этим единицам вполне оправдан термин «фразеологический фонд языка». Однако на современном этапе развития фразеологии было бы неоправданным , если бы она ограничила объект своего исследования единицами только первой и частичной второй группы, то есть фразеологическими единицами . По мимо очевидного факта, что фразеология беспрерывно пополняется и обогащается за счет моделированных образований, например типа аналитических конструкции это нецелесообразно и по другой не  менее важной причине. Моделированные и серийные образования очень многочисленны в современных европейских языках при такой постановке вопроса остались бы вне научного рассмотрения Как раздельнооформленные единицы языка с семантической отдельностью они не относятся ни к лексикологии ни к синтаксису. Отсюда совершенно естественно сделать вывод, что фразеология должна быть лингвистической дисциплиной изучающей все вида словесных комплексов языка обладающих семантической отдельностью.

Выписка из словаря фразеологизмов

Cуществовал ли общегерманский язык-основа?

    Понятие праязыка или языка-основы и «родословного древа» генетически родственных языков было введено в европейское языкознание Августом Шлейхером, хотя на самом деле корни его гораздо древнее. В основе его лежит схема «абстрактная модель» генетических связей путь отнесения языков к их общему предку подобно религиям, ведущему свой путь из древнего Востока, таковым считается единый «праязык» человечества (Ursprache). Идея праязыка как основы группы генетически родственных языков была воспринята младограмматиками, хотя такой подход никогда не защищался младограмматиками. К концу 19-началу 20 века критика понятия «праязык» приобрела всеобщий характер. Основополагающее значение в методологической критике младограмматического понятия «праязык имели наблюдения лингвистической географии над реальными формами взаимодействия между современными диалектами и перенесения ёё теоретических выводов на реконструируемые сравнительной грамматикой взаимоотношения древних европейских диалектов и диалектную диффренцацию индоевропейских языков (т.н ареальная лингвистика). Успехи лингвистической географии привели пересмотру понятия «диалект». Диалект- есть образование социально-историческое, развившееся в результате сложного взаимодействия с соседними диалектами данного языка расхождение, схождение и смещений, а так же субстратных, суперсубстратных и адстратных воздействий других языков в конкретных условиях социально-исторического развития и общения народных коллективов. Диалекты существуют, но они представляют единство не замкнутое, статическое, но развивающееся, динамическое, дифференцированное, исторически и социально обусловленное языковым общением. Немецкие диалектографы говорят о языковых «ландшафтах» (Sprachlandschaften). Применение принципов географической лингвистики к сравнительно-историческому языкознанию явилась так называемая «ареальная лингвистика»- попытка восстановление для доистории языка ареала распространения тех или иных диалектных различий и «вычленения» (Ausgliederung-термин В.Вартбурга).

I.Общие признаки германских языков

А Фонетические признаки.

  1. Сильное динамическое по своему характеру ударение на первом слоге (корневом) слова с тенденцией ослабления (редукцией) неударных слогов.

  2. В результате ослабления не ударных слогов последовательная их редукция происходит отпадение конечных незащищенных согласных и кратких гласных ,сокращённых долгих гласных с дальнейшем ослаблением всех неударных гласных в качественное безразличное (шепотное [‘]) или с полным их отпадением и выпадением.

  1. Общегерманское передвижение согласных (первый перебой) и закон Вернера

  1. Развитие опорного гласного и перед слоговыми сонантами l,r,m,n ›ul um un.

  1. Объединение ие. а,o в одной фонеме. Процессы ассимиляции и диссимиляции.

  1. Образование германских геминант ll, nn, mm в результате ассимиляции сонарных групп ln nn nm zl dl.

  1. Выпадение носового перед h с заменительным удлинением предшествующего гласного.

  1. Переход ие ei в герм.¡.

Б. Фономорфологические признаки

  1. Фонетическая и грамматическая систематизация чередований по аблауту. Глагольный аблаут в германских языках представляет не простое повторение ие. моделей, а самостоятельный отбор.

В. Морфологические признаки

  1. Склонение имен. Четыре падежа (именительный, винительный, родительный, дательный) на ие основе остатки пятого творительного падежа (в мужском и среднем родах).

  2. Образование слабого склонения прилагательных.

  3. Образование особых типов склонения.

  4. Образование двух типов склонения прилагательных (schwache und starke Deklination)/

  5. Образование наречий на –о.

  6. Образование общегерманской системы сильных глаголов

из основы Präsens Indikativ Optativ I Imprefekt Partizip II с суффиксом nt и Infinitiv. из основы прошедшего (ед и мн ч)-прошедшее Indikativ и Optativ II. Partizip II.

  1. Образование системы слабых глаголов

  2. Претерито-презентные глаголы

  3. Образование каузативов

  4. Использование ие глагола ues- «жить»

  5. Именные словообразовательные суффиксы ing/ang nassus/-nessi, nissi.

II Древнейшие диалектные различия германских языков

А. Фонетические признаки:

  • готские глухие спиранты f Þ чередуются с звонкими b đ

  • в западногерманских языках спирант đ представлен смычным d

  • в ингвеонских диалектах g в начале слова спирант

  • в эрминонских диалектах (южнонемецких) b,d,g- смычные

  • в большей части слов иствеонских диалектов b по видимому спирант.

  • произношение а в закрытом слоге как переднего а

  • палатализация k g в k/ g/

  • диалектная диффренцация

Грамматические признаки

4 Различие между готоскандинавским и западногерманским в образовании 2 лица ед числа сильного прошедшего.

    5. Судьба гетероциклического склонения.

    6. Два типа образования основы слабых глаголов 2-го и 3-го классов:

  • атематический

  • тематический

7. Склоняемый инфинитив (герундий)

8. Способ образования числительных последних десятков после 60.

9. Наличие в настоящем времени глагола «быть»

10. Использование в ингвеонском и древне-северной парадигме склонения местоимения 3-го лица указательной германской основы hi.

Отдельные грамматические дублеты.

11. В родительном ед ч в м.р и с.р с основами на –о.

12. Родительный падеж мн.ч основ на –о.

13. Schwache Deklination существительных мужского рода с аблаутом гласного.

14. Optativ настоящего времени в 1-м лице.

15.Числительное «два».

16. Готское hwarjis (кто) отсутствует в западногепманском.

17. Вопросительное местоимение «кто».

Развитие строя немецкого языка.

От флексии к анализу.

В грамматическом строе немецкого языка можно найти множество не последовательностей и противоречий. Сущность развития немецкого языка заключается в разрушении старого флективного строя и замене его новым аналитическим. При аналитическом строе отношения выражаются особым формальными словами, которые ставятся перед значащим словом.

Развитие склонения.

    1. Падение основ.

Уже на древнейшей стадии германских языков наличиствуют противоречия между грамматической формой и ёё значением. учение сравнительной грамматики об основах независимо от вопроса о праязыке и от реальной значимости «восстановленной» исходной формой правильно конструирует модель структуры слова на древнейших исторически засвидетельствованных стадиях развития флективных языков индоевропейской системы. В частности в германских языках эта структура выступает в стадиально наиболее древних формах, сохранившихся в рунических надписях, например dagar (-o+s), gastir (-i+s) в древнейшем слое германских заимствований в финском языке (например kuningas), во многих архаических окончаниях готского языка: ср. вин.п мн ч dagans (-o+ns), gastins (-i+ns). Построенная по этому типу (принципу) модель показывает, что «окончание во флективных языках разлагается на два первично самостоятельных элемента, из которых второй (падежная флексия) обозначает синтаксическое отношения, а первый (основообразующий суффикс)- грамматико-семантическую категорию.

На самостоятельную значимость словообразующих суффиксов указывают некоторые пережитки:

А) чередование гласных по принципу аблаута, распространяющееся на основообразующие элементы как на самостоятельные слова (своего рода флексия основы): ср готск sunaus, sunau, -sunus, sunu…)

Б) существование форм с чистой основой без флексии;

В) наличие значащих типов именных основ например отглагольные основы на –I, обозначающие однократное действие (или результат действия): нем schuß (от schießen).

2.Падежные окончания предложное склонение

Сравнение между собой языков индоевропейской системы позволяет судить о наличии на более древней стадии большего числа падежей, чем сохранилось в историческую эпоху в большинстве отдельных языков. Таких падежей по крайней мере было восемь: именительный, родительный, дательный, винительный, творительный (инструментальный), местный (локатив) отложительный (аблатив). Весьма вероятно однако, что и эти падежи являются результатом отбора и обобщения на основе ещё большего числа падежных форм с более узким и конкретным значением характерным для примитивных стадий языкового развития. В германских языках отсутствуют (утрачены) местный и отложительный падежи, вымирает в древнейших памятниках творительный. Немецкий дательный падеж по форме и значению является синкретическим падежом и восходит к дательному, творительному, местному и отложительному, в тоже время функции отложительного падежа частично перешли к творительному. В процессе исторического развития немецкого языка падежи постепенно утрачивают формальные различия одновременно с униформацией типов склонения. Винительный падеж в большинстве случаев совпадает с именительным уже в древнейших исторических памятниках, творительный исчезает в древненемецком в конце древненемецкой эпохи (в связи с редукцией неударных гласных) родительный падеж множественного числа= именительному/винительному. В эпоху образования новонемецкого национального языка происходит выравнивание единственного и множественного числа женского рода. Формальным признаком падежа является артикль, развившийся из местоимения, наличие которого делается обязательным в конце древненемецкой эпохи. В основе предложного склонения лежит употребление наречий места, конкретизирующих (определяющих) значение глагола-сказуемого. Эти наречия с одной стороны превращаются в глагольные приставки, более свободные, пока они сохраняют самостоятельные значения приглагольного определения (обстоятельственного слова) или более тесно примыкающие к глаголу, когда они утрачивают самостоятельное значение, соответственно модифицируя значение сложного глагола. С другой стороны эти наречия превращаются в предлоги, вступая в связь с приглагольными дополнениями и обстоятельственными словами, которые до этого управлялись непосредственно самим глаголом, требовавшим после себя соответствующего данной синтаксической связи падежа. Борьба между новой формой предложного склонения и старыми падежами продолжается и в исторический период развития немецкого языка и приводит к сильному ограничению сферы употребления чистых падежных конструкций. Прежде всего, исчезает творительный падеж. Он встречается только в более древних памятниках старонемецкой эпохи (8-9 века) при том в ограниченном употреблении. С родительным падежом конкурирует предлог von. Первоначально он вытесняет родительный падеж в его отложительной функции (исходная точка действия/происхождения) в сочетаниях типа die Engel von Himmel, Gedichte von Goethe. Поздней он вступает и в другие функции родительного падежа, например, die schönste von allen, ein Mann von hohem Wuche. При широте и многозначности родительного падежа он может в целом ряде случаев заменяться и другими уточняющими предложными конструкциями: der Wegzum Verderben (вместо des Verderbens).Предложные конструкции ограничивают сферу дательного падежа, вторгаясь в его специальную область- обозначение косвенного дополнения, лица или предмета, на которое направлено действие. Особенно часто предложные конструкции конкурируют с дательным падежом при глаголах и прилагательных выражающих душевное отношение (Verba и Adjektiva der Gesinnung). Расширение сферы употребления предложных конструкций сопровождается развитием значения самих предлогов. Первоначальные локальные значения переходят в темпоральные и каузальные: с развитием мышления предлоги становятся носителями всё более сложных и отвлеченных понятий.

3. Обозначение числа. В то время как падежные окончания разрушаются благодаря падению основ и развитию предложного склонения, различию между единственным и множественным числом и даже развивает обозначение с помощью флексии. В современном немецком языке множественное число обозначается окончаниями –e, en, en или умлаутом корневого гласного (внутренней флексией). Умлаут возникает в древненемецкую эпоху в результате фонетической ассимиляции гласного корня окончанию, содержащему I или j (своего рода «гармония гласных основанная на регрессивной ассимиляции.

  1. Развитие глагольной системы.

В первых исторически засвидетельствованных памятниках германских языков (в готском и древненемецком) мы находим следующий состав глагольных форм: три лица, два числа (с остатками более примитивного двойственного еще широко распространенного в готском) два времени (прошедшее и настоящее) два наклонения (индикатив и оптатив в обоих временах) а так же неполный императив остатки особой формы страдательного залога (только в готском) инфинитив и два вида причастия. В современном немецком языке насчитывается 14 времен: настоящее, три прошедших (Imperfekt, Perfekt, Plusquampergekt два будущих (Futurum I II) в конъюнктиве ( или оптативе) к тем же шести прибавляется два условных

(Konditionalis I II). В общем, развитии немецкой глагольной системы можно установить следующие основные линии:

  1. число лиц не меняется, но возникает новая система их обозначения с помощью обязательного личного местоимения при глаголе

  2. развитие системы времён идет с одной стороны к упрощению и унификации их формального выражения (с помощью вспомогательных глаголов), с другой стороны к дальнейшей диффиренцации временных различий, благодаря чему более прочные формы становятся выражением более сложных и диффиренцированных отношений. Тоже относится и к развитию страдательного залога.

  3. Система наклонений развивается в сторону индивидуальной стилистической диффиренцации модальных отношений на основе разнообразных неграмматизированных синтактико-фразелогических сочетаний с полувспомогательными глаголами модальности.

  4. Видовые различия остаются неграмматизированными и имеют в основном лексический характер.

    1. Обозначение лица.

Система трех лиц, унаследованная от более древних стадий языка не требовала дальнейшей диффиренцации. Однако 1-е и 3-е лицо единственного числа совпадали в германских языках во всех временах, кроме настоящего времени индикатива, а 1-е и 3-е лицо множественного числа совпали в тех же формах ещё в древненемецкую эпоху при переходе конечного –m (1-го лица) в-n. В связи с этим позднем древненемецком закрепляется обязательное местоимение-подлежащее при глаголе (там, где отсутствует подлежащее-существительное).Такое присутствие местоимения как обязательного признака делает возможным дальнейшую редукцию окончаний: в средненемецкую эпоху в индикативе настоящего времени совпадают 3-лицо единственного числа и 2-е лицо множественного числа. Относительно новой в немецком языке является дифференциация лица с помощью умлаута, вследствие ассимиляции.

    1. Развитие времени.

В древневерхненемецком языке существовало только два времени- настоящее и прошедшее. Образование сложных форм прошедшего времени начинается уже в древненемецком с так называемого перфекта. В ранних памятниках такие формы встречаются крайне редко, затем их число быстро увеличивается и к концу 10 века они существуют в таком виде как и современные им формы. Перво начальное значение перфекта было видовое он служил для обозначения настоящего результативного, то есть законченного действия, результат которого существует в настоящем времени (vollendete Gegenwart). В новонемецком перфект утрачивает результативное (видовое) значение. Предпрошедшее (Plusquamperfekt) развивается таким же образом из предикативного употребления причастия с прошедшем временем глаголов haben/sein. Будущее время как особая форма отсутствовала во всех древнегерманских языках. Еще позже возникает будущее относительное (Futurum II). Окончательно система сложных времен сложилась в эпоху новонемецкого зыка в 14-16 веках.

    1. Обозначение модальных отношений.

Для обозначения субъективного высказывания в древнегерманских языках существовал так называемый конъюнктив. Конъюнктив может выражать желание, возможность, предположение. Разрушение конъюнктива связанно с редукцией качественно различных гласных окончания в безразличное –е.

4. Категория вида.

Иначе развивается обозначения видовых отношений. Как показывает сравнение индоевропейской системы с другими языками дифференциация вида глагола стадиально древнее, чем различение времен: видовое значение имеют аорист, старый флективный перфект основы настоящего времени на –n и sk с значением совершенного вида (начинательным и терминативным). На протяжении развития немецкого языка наблюдаются различные попытки формальной дифференциации видовых отношений, но ни одна из возникающих форм не грамматизируется.

IV. Из области словообразования и синтаксиса.

  1. Словообразование. При наличии общей тенденции к редукции окончаний разрушению флексий и замене их анализом характерной особенностью современного немецкого языка является сохранение словообразовательных суффиксов и широкое развитие системы словопроизводства даже на самых новейших этапах развития языка. Развитие системы словообразования отражает взгляды в мышлении, которые обусловленные общественными отношениями. Это особенно ясно на примере образования новых категорий отвлеченных слов, характеризующем процесс абстрактного мышления.

  2. Развитие сложного предложения. Проблема развития сложноподчиненного предложения поставлена Л.П. Якубинским. В германских языках подчинение развивается из сочинения или простого сопоставления, подчинительные союзы- из сочинительных или указательных местоимений местоименных наречий. Развернутая система логических форм подчинения, существующая в современном немецком языке складывается в раннем новонемецком в эпоху образования национального языка (14-16 века) и продолжает развиваться в последующие столетия В новонемецкую эпоху осложняется и система сочинения дифференцируются всевозможные формы противоположения ограничения.

V. Синтетические тенденции.

1.Словосложение. Это явление встречается в сходных формах во всех языках индоевропейской системы, но в некоторых языках оно получило особое развитие. Развивается так называемое Zusammenbildung.

2. Порядок слов окончательно установился в эпоху национального языка.

Из книги «Общее и германское языкознание»

В.М. Жирмунский С. 334-384.

Об авторе

Натаров Илья

Натаров Илья

Родился 09 апреля 1980 года в городе Баку, в этом же году переехал в Запорожье.
В 2003 году закончил Запорожский Государственный Университет и получил диплом преподавателя немецкого языка и немецкой литературы.

Комментировать

Нажмите, чтобы комментировать