Yandex
Мифология

Садко

Садко

Русская былина

Как во славном Новгороде жил гусляр Садко. Был он бедным человеком, ходил по честным пирам, веселил бояр знатных и купцов богатых своими песнями да игрой на гуслях. Но случилось однажды так, что не позвали Садко на пир, не позвали и на другой день, не позвали и на третий.

Пошел Садко от скуки к Ильмень-озеру, сел на берегу на горюч камень и заиграл на гуслях яровчатых. Играл с утра раннего до вечера позднего, а когда стемнело, взбушевались на озере волны и вода с песком сомутилася.

Одолел Садко страх, покинул он берег озера и возвратился в Новгород. Прошла ночь, но опять не зовут Садко на пир, не зовут на другой день, не зовут и на третий. Снова заскучал Садко и пошел опять на берег Ильмень-озера, сел на горюч камень и снова заиграл на гуслях яровчатых и играл с утра до ночи. А когда стемнело, взбушевались спять волны и вода с песком сомутилася, и устрашился вновь Садко и вернулся он в  Новгород.

Но опять не зовут бояре Садко на пир, не зовут на другой день и на третий. Снова со скуки пошел Садко к Ильмень-озеру и играл там на гуслях с утра до ночи. Опять к вечеру волны взбушевалися и опять вода с песком сомутилася. Но на сей раз осмелел Садко, поборол в себе страх, остался на берегу озера, продолжая играть на гуслях. Вышел тогда из озера царь водяной и такие слова говорил:

— Спасибо тебе, Садко, что потешил нас в озере. У меня во озере как раз пир был и всех гостей моих развеселил ты. И не знаю я, чем пожаловать тебя за это. Знаешь что? Ступай-ка ты домой в Новгород, завтра позовут тебя на пир к купцу. А когда все наедятся-напьются, то начнут по обыкновению хвастаться: один несчетной золотой казной, другой добрым конем, третий силой молодецкой; умный будет хвалиться старыми и честными отцом с матерью, а глупый — молодой женой. А ты скажи, Садко, лишь одно: «Знаю я, что в Ильмень-озере есть рыба золотая». А когда купцы богатые начнут с тобой спорить, ты побейся с ними об заклад: заложи свою буйну голову, а они пусть заложат лавки с дорогими товарами. Трижды закиньте потом невод шелковый в Ильмень-озеро, а я все три раза положу в невод по золотой рыбине. Так получишь ты в ряду гостином лавки с дорогими товарами и станешь богатым купцом новгородским.

Вернулся Садко в Новгород, а й в самом деле на другой день позвали его на пир к купцу богатому. Много собралось здесь на пиру честном богатых новгородских купцов, и когда все напились-наелись, начали по обычаю хвастаться. Один несчетной золотой казной, другой добрым конем, третий силой молодецкой, умный старым батюшкой да старой матушкой, глупый хвалился молодой женой. Один только Садко сидел среди них и ничем не похвалялся.

Тогда спросили у него купцы новгородские:

— Что сидишь, молчишь, Садко, что ничем не похвалишься?

Отвечал им на это Садко:

— А чем же я могу похвалятися? Нет у меня несчетной золотой казны, нет у меня красивой молодой жены. Могу я только одним похвалиться: в Ильмень-озере есть рыба золотая.

Как начали спорить с ним богатые новгородские купцы, не верили, что в Ильмень-озере есть рыба золотая. Тогда предложил им Садко побиться об заклад:

— Заложу свою буйную голову, больше нечего мне заложить.

А купцы заложили шесть лавок с дорогими, товарами, что в гостином ряду.

После того связали они невод шелковый и пошли к Ильмень-озеру. Забросили невод и видят — рыба золотая попала в него. Забросили второй раз — и во второй раз попала рыба золотая в невод. Забросили третий раз — и в третий раз вытащили золотую рыбу.

Делать нечего, отдали новгородские купцы шесть лавок с дорогими товарами в гостином ряду и записался Садко в купцы новгородские.

С того времени стал Садко богатым купцом, а затем стал еще богаче, потому что торговал он в своем городе, ездил и в другие города далекие и всегда возвращался с большой прибылью. Взял жену Садко и построил себе палаты белокаменные, а палаты свои разукрасил по-небесному. Как в небе светит солнце красное, так и в теремах у него светило солнце красное, как на небе месяц светит, так светил месяц и в его теремах, как на небе звезды блестят, так и у него в терему звезды ясные. Так разукрасил Садко палаты свои белокаменные.

И устроил Садко у себя пир богатый. Много гостей собрал, богатых купцов и знатных бояр и еще настоятелей новгородских. Луку Зиновьева и Фому Назарьева. И когда на пиру у Садко напились-наелись, то начали по обычаю хвастаться. Кто золотой казной хвастался, кто добрым конем, один силой богатырской, другой родом-племенем, самый умный хвастался старым батюшкой да старой матушкой, а глупый хвалился молодой женой. И сказал тут Садко:

— Эй вы, гости новгородские, купцы и настоятели новгородские! Собрались вы сейчас у меня на честном пиру и в моем доме пьяны-веселы. А как напилися и наелися, то расхвастались; один хвастает былью, другой небылицею. Чем же мне похвастаться? Есть у меня всего вдоволь, казна моя не убывает, славная дружина мне не изменяет, а скажу я вам вот что: не успокоюсь я до тех пор, пока не повыкуплю все товары новгородские, и худые, и добрые; и не будет больше товаров для продажи в городе.

Повскакали тут новгородские настоятели, поднялись Фома Назарьев и Лука Зиновьев и сказали:

— А что дашь в заклад, Садко? А если не сможешь повыкупить всех товаров в  Новгороде?

И ответил им Садко:

— А назначьте заклад, какой надобен!

Согласились на тридцати тысячах золотых и разошлись все гости со славного пира по домам.

Рано утром на другой день поднялся Садко, разбудил свою дружину, дал каждому денег достаточно и отправил по городу, а сам пошел в гостиный ряд, чтобы и там повыкупить все товары новгородские. Так он сделал и на второй день, и на третий. Почти что не было уже товаров в Новгороде для продажи, как прибыли тут товары московские и заполнили весь гостиный ряд. И задумался тогда Садко:

— Если закуплю я все товары новгородские и вдобавок новые московские, а вскоре прибудут товары заморские, то ведь не смогу я один скупить товары со всего света. Пусть уж будет так для меня, купца новгородского, что богаче меня славный Новгород и не смог я повыкупить все товары в городе. Лучше отдам я те тридцать тысяч золотых, на какие бился об заклад!

Как решил, так и сделал: отдал тридцать тысяч золотых. Построил он затем тридцать кораблей и нагрузил тридцать черных кораблей новгородскими товарами. Поплыл он по Волхову, а с Волхова в озеро Ладогу, пересек Ладогу и выплыл в реку Неву, поплыл по Неве и вышел к синему морю. Плыл по синему морю и добрался до Золотой Орды, продал там с большой прибылью новгородские товары и много бочек-сороковок наполнил блестящим золотом, много бочек чистым серебром и крупным жемчугом.

Но как только корабли выехали в синее море, вдруг остановились они, волны хлещут, буря рвет паруса, ломает корабли. Стоят корабли на одном месте неподвижно; не идут корабли. Сказал тогда Садко своей дружине:

— Слушай, дружина моя хоробрая, сколько плавали мы по морю, а забыли дань уплатить царю морскому. Ныне требует он дани, какая ему полагается.— И приказал хороброй дружине своей корабельной бросить в море бочку с золотом.

Так дружина и сделала, бочку с золотом в море бросила, но буря не успокоилась. Налегают волны на корабли, буря рвет паруса и ломает черные корабли в синем море, а корабли стоят недвижимые. Опять сказал Садко своей дружине:

— Слушай, дружина моя хоробрая, видно, мало этой дани царю морскому. Бросьте-ка еще в море синее одну бочку серебра.

Так дружина и сделала, бросила в синее море бочёнок серебра. Но и тут буря не утихла, и корабли все стояли недвижимы. Тогда в третий раз сказал Садко своей дружине:

— Видно, и этого мало, бросьте еще в море одну бочку с жемчугом!

Бросили в море бочку жемчуга, но все так же недвижимы стояли черные корабли в море, волна била их со всех сторон, буря рвала паруса.

— Эй, дружина моя любезная, — сказал тогда Садко, — видно, требует царь морской живей головы у нас. Бросим жребий: берите каждый по ивовой палочке, пишите на них имена свои и пустите в море; я же изготовлю жребий из золота. Чей жребий пойдет на дно, тому из нас идти в море.

Так и сделали, и поплыли по воде жребии всех дружинников, а жребий Садко с плеском пошел на дно.

И сказал Садко:

— Неправильно бросили мы жребий. Вы сделайте жребии из золота, пишите на них свои имена, а я сделаю себе жребий дубовый.

Так и сделали, золотые жребии дружины поплыли по воде, а жребий Садко снова с плеском пошел на дно.

Тогда спять сказал Садко:

— Неправильно мы и сейчас бросали жребий. Пусть каждый сделает для себя жребий дубовый, а я себе сделаю липовый.

Так и сделали, но жребии дружины опять поплыли по воде, а жребий Садко с плеском пошел на дно. Обратился тогда Садко к своей дружине с такими словами:

— Видно, нечего делать, требует царь морской к себе самого Садко. Принесите-ка мне, любезная моя дружинушка, чернила, перо лебединое и лист бумаги гербовой.

Когда все принесли, сел богатый купец новгородский Садко на стул ременчатый ко столику дубовому. Потом стал писать завещание: отписал он все свое состояние, что оставил церквам, что нищей братии, что молодой жене, а остальное дружине своей хороброй. Как закончил, заплакал и сказал своей хороброй дружинушка:

— Ох, дружина моя любезная, положите вы доску дубовую на море, лягу я сначала на нее, чтобы не так страшно было мне погрузиться в пучину смертельную.

Взял он еще гусли яровчатые, горько заплакал и стал прощаться с дружиной своей хороброй, со всем белым светом и родным своим городом Новгородом. Затем опустился на дубовую доску, и понесло его по синему морю.

Быстро тронулись черные корабли, полетели, как вороны. А Садко остался в синем море.

Уснул Садко от страха на дубовой доске, а когда проснулся, то был он уже на дне морском. С удивлением увидел, что сквозь воду солнце светит, а сам он стоит как раз возле палат белокаменных. Вошел Садко в палаты, а там сидит царь морской и говорит Садко таковы слова:

— Здравствуй, Садко! Много ты по морю плаваешь, а морскому царю дани не платишь. А сейчас сам пришел ко мне во подарочек. Говорят, мастер ты играть на гуслях яровчатых: так сыграй на них и мне что-нибудь!

Видит Садко, делать нечего: стал играть на гуслях яровчатых, и как только зазвучали они, сразу пошел плясать царь морской. И от пляски его море синее всколебалося, расходились волны на море и стали разбивать корабли черные; много кораблей разбилось и народу много погибло в синем море. Было тогда в море много людей православных, и стали они молиться Николаю угоднику, чтобы спас он их от гибели.

Чувствует Садко, тронул его кто-то о правое плечо. Оглянулся — стоит сзади седой старичок и говорит ему такие слова:

— Довольно тебе, Садко, играть на гуслях яровчатых.

— Не по своей воле играю я,— отвечает седому старичку Садко. — Заставляет меня играть морской царь.

Тогда говорит ему опять старичок:

— Слушай, Садко, купец богатый новгородский! Порвика ты струны у гуслей, сломай у них шпинечики и скажи царю морскому: «Нет больше струн звонких, не держатся шпинечики, не на чем мне больше играть». Скажет тебе тогда морской царь: «Не хочешь ли ты жениться в море синем?» Ты ответь ему так: «Как хочешь, так и делай, на то твоя воля». Тогда скажет он тебе: «Приготовься к завтрашнему дню, выберешь сам себе невесту». И проведут перед тобой на другой день морских девушек. Пусть пройдут первые триста девушек, пусть пройдут и вторые триста, а когда пойдут перед тобой третьи триста, в конце их будет идти одна, по имени Чернава. Ты эту Чернаву и выбери в жены и счастлив тогда будешь. Но когда в первую ночь останешься один с девицей, веди себя с ней честно, не касайся ее поцелуями, и тогда попадешь домой в Новгород. А если поцелуешь девицу морскую, то навсегда останешься на дне синего моря. А когда вернешься на святую Русь и снова будешь жить в своем городе, построй тогда церковь соборную Николаю угоднику, потому я не кто иной, как Николай угодник.

Сказал и пропал седой старичок. А Садко порвал струны, сломал у гуслей шпинечики и не смог больше играть.

— Что такое, почему больше не играешь?—спросил морской царь и плясать перестал.

Отвечал ему Садко:

— Струны я порвал, шпинечики сломалися, нечего даже и пробовать на гуслях играть.

Но царь морской и дальше захотел его у себя оставить:

— Не хочешь ли ты жениться здесь в синем море на красной девице?

— В синем море должен я твою волю исполнять,— ответил Садко; и разрешил ему морской царь по собственному желанию выбрать себе жену из морских девушек.

На другой день утром повели перед Садко морских девиц-красавиц, чтобы мог он выбрать себе из них жену; стоял там рядом и царь морской. Прошли первые триста девиц, но Садко ни слова не вымолвил, пока они проходили. Прошли и вторые триста, а Садко снова ни слова не вымолвил, пока и эти проходили. А когда третья сотня пошла, то последней шла девица-красавица по имени Чернава, и тотчас же Садко ее облюбовал и попросил в жены.

Сказал тогда царь морской:

— Вот, Садко, нашлась и для тебя на дне синего моря жена под стать.

Сыграли веселую свадьбу, а когда кончился пир, богатый купец новгородский Садко отправился с морской девицей-красавицей в свою спальню на дне моря синего. Там заснул он глубоким сном и не пытался даже поцеловать новую жену.

А проснулся Садко — очутился в родном своем городе Новгороде на крутом склоне горы, где берет свое начало река Чернава. И видит — по Волхову бегут его черные корабли. Дружина думает, что Садко глубоко в синем море лежит, а жена Садко думает, что вместе с храброй своей дружиной Садко домой возвращается.

Прибыли все тридцать кораблей, и удивилась хоробрая дружина: Садко они оставили в синем море, а он уже стоит раньше их здесь, на крутом берегу реки Волхова. Радостно встретились они и пошли в палаты Садко, где богатый купец новгородский весело поздоровался со своей молодой женой.

Разгрузили затем корабли с драгоценным добром, с несчетной казной золотой, и построил Садко храм Николаю угоднику, а другой храм Божьей Матери, покаялся во своих грехах и мирно стал жить потом в Новгороде. И не ездил больше по синему морю, а прожил всю свою жизнь в родном городе.

Об авторе

Натаров Илья

Натаров Илья

Родился 09 апреля 1980 года в городе Баку, в этом же году переехал в Запорожье.
В 2003 году закончил Запорожский Государственный Университет и получил диплом преподавателя немецкого языка и немецкой литературы.

Комментировать

Нажмите, чтобы комментировать